Политика королевской власти по отношению к крестьянству в XIII — начале XIV века


На страже интересов феодалов в их столкновениях с вилланами и свободной крестьянской беднотой вместе с судебным аппаратом стояла также королевская администрация в центре и на местах.

Обычно лорд, выигравший дело против своих крестьян, тут же в суде получал приказ на имя шерифа графства, «чтобы тот разрешил ему принуждать своих вилланов к выполнению в его пользу должных повинностей и служб».

Иногда же шериф получал гораздо более определенное распоряжение. Так, в заключении уже упоминавшейся тяжбы держателей манора Тависток, шерифу графства было прямо приказано «принуждать указанных держателей к выполнению в пользу указанного Гальфрида (лорда) обычные повинности и вилланские службы, всякий раз, как они будут этому сопротивляться (fuerint rebeiles) и когда он от них этого потребует».

Далее...

Позиция общего права и политика английских королей по отношению к свободному крестьянству была гораздо более сложной, чем в отношении вилланства. Это объяснялось сложным и противоречивым положением свободного крестьянства в феодальной Англии. То, что в Англии даже после нормандского завоевания сохранились значительные кадры свободного крестьянства, и то, что в XII—XIII вв. этот слой населения все время возрастал количественно, не могло не оказать влияния на политику королевской власти и на формирование общегосударственного права. Свободное крестьянство в силу особенностей своего социального положения в период с XI по ХШ в. неизменно являлось политическим союзником королевской власти. Стремясь привлечь на свою сторону в борьбе с крупными феодалами этот слой населения, обеспечить себе независимую от феодального ополчения наемную армию и судебно-административный аппарат на местах, королевская власть в XII—XIII вв. проводила, во всяком случае формально, политику защиты свободного крестьянства от земельных захватов и насилий крупных феодалов. Это нашло отражение в общем праве и законодательстве XII—XIII вв. Проводя резкую грань между крепостными и свободными людьми, реформы Генриха II ясно и недвусмысленно причислили лично свободных крестьян ко второй категории, приравняв их по правовому их положению к представителям класса феодалов. С этого времени общее право и законодательство формально ставило свободное крестьянское держание под защиту закона и королевских судов, так же как земельные владения феодалов. Ассизы Генриха II, открывая всем свободным держателям независимо от их сословного .положения доступ в королевские суды и право пользоваться расследованием через присяжных по Великой ассизе и владельческим ассизам, положили начало тому сближению в правовом отношении между свободным крестьянством и мелкими феодалами, которое было одной из особенностей социально-политического развития Англии.

Далее...

Но, может быть, процесс государственной централизации, происходивший в Англии в XIII в., укрепляя бесправие вилланов, по отношению к их лордам, в какой-то мере содействовал постепенному освобождению крестьянства, как сословия и общей эволюции от «рабства к свободе»? Именно такую роль приписывает английскому феодальному государству XIII в. П. Г. Виноградов. Указывая, что в XIII в. «волна начинает высоко вздыматься в направлении свободы», он замечает, что, помимо морального и идейного прогресса и роста гуманных представлений, это движение в сторону свободы определялось тем, что право развивалось в этом направлении., благодаря развитию государства, «которое предъявляло требования ко всем гражданам...». В другом месте Виноградов прямо говорит, что личное освобождение вилланов в значительной мере «зависело от усиления государства». Помимо правила о wainagium'e и сохранения в Англии XIII в. привилегии вилланов старинного домена, Виноградов видит одно из проявлений «освободительной миссии» английского феодального государства в том, что оно обеспечивало равенство вилланов со свободными в уголовном праве.

Далее...

В английском законодательстве этого периода почти совершенно отсутствуют упоминания о вилланах. Прямые упоминания о них мы находим только в ст. 20 Великой хартии вольностей и в ст. 6 I Вестминстерского статута, причем обе они трактуют один и тот же вопрос о запрещении штрафовать вилланов за счет их плуговой запряжки (wainagium). Очевидно, во всех других отношениях вопрос о положении вилланов в системе английского феодального государства и права был настолько ясен, что не требовал дополнительного регулирования в законодательстве.

Далее...

Вопрос о том, как процесс государственной централизации Англии сказывался на основных социальных группах английского общества, специально не рассматривался в буржуазной историографии. Стоя на точке зрения надклассовости всякого государства, буржуазные историки и не могли интересоваться этим вопросом. Усиление центральной власти, по мнению большинства из них, совершалось в интересах всего общества так же, как тяжелые последствия этого процесса одинаково ложились на все слои населения. Такая точка зрения была в одинаковой мере присуща как представителям вигской школы, так и их критикам. И те и другие считали, что борьба английских королей в XI—XIII вв. против крупных феодалов велась в интересах «народа» или «нации». Разница заключается лишь в том, что вигские историки при этом подчеркивали все же «тиранический» характер королевской власти конца XII — начала XIII в., вызывавший время от времени оппозиционные выступления «народа» историки же «критического» направления, напротив, видели в королевской власти на всем протяжении изучаемого периода главную созидательную силу английской конституционной монархии, а в ее политике — непрерывную борьбу с феодализмом, за создание «правового государства» в интересах «народа».

Далее...