Социальная сущность нового дворянства
После выяснения особенностей социально-экономического развития Англии в конце XVI — начале XVII в. уже не трудно уяснить наиболее бросающиеся в глаза особенности в классовом составе английского общества этого времени.
Развитие капитализма в Англии привело к тому, что дворянство раскололось на две антагонистические группировки, одна из которых — старое дворянство — представляла отживающий феодальный способ производства, в то время как новое дворянство представляло развивающиеся капиталистические отношения.
Это несовпадение классовых граней с сословными, поскольку речь идет о дворянстве, было той особенностью, которая придала революции 40-х годов все ее историческое своеобразие и предопределила как характер, так и конечный результат событий.
«Загадка консервативного характера английской революции объясняется длительным союзом между буржуазией и большей частью крупных землевладельцев, союзом, составляющим существенное отличие английской революции от французской... Этот связанный с буржуазией класс крупных землевладельцев... находился, в отличие от французского феодального землевладения 1789 г., не в противоречии, а, наоборот, в полном согласии с условиями существования буржуазии».
Этим объясняется огромная важность всей проблемы о социальной природе нового дворянства. К сожалению, эта проблема еще не получила сколько-нибудь исчерпывающей разработки в нашей историографии, поэтому все, что можно сказать по этому поводу, сводится скорее к постановке вопроса, чем к его разрешению.
Новое дворянство порождено английским XVI в., точно так же как именно им порожден и класс капиталистических фермеров.
Но, признав это основное, исходное положение, становится очевидным, что речь идет о классе, вновь образовавшемся, о классе, «социальным материалом» для которого сплошь и рядом служили вовсе не потомки средневековых лордов, а представители денежного капитала, нажитого вне деревни и примененного ими в том числе и для приобретения земельной собственности.
Новое дворянство рождается не только и не столько за счет перехода в его руки доменов секуляризованных монастырей, конфискованных Тюдорами у старой своевольной феодальной знати, сколько за счет крестьянства и крестьянского землевладения. Иначе говоря, новое дворянство вырастает не только из сохранения монополии на землю, но и из распространения ее на крестьянское землевладение в результате насильственной экспроприации образовавшейся под «феодальными вывесками» мелкой земельной собственности английского йоменри.
Земельная монополия лендлордов — этот отличительный феномен буржуазной Англии — возникла в результате аграрного переворота, в результате насильственного уничтожения крестьянского права собственности.
Такова историческая значимость самого факта рождения нового дворянства. Новое дворянство родилось как буржуазный антагонист крестьянства.
Его рождение, по словам Маркса, означало, что собственность, добытая трудом собственника, основанная, так сказать, на срастании отдельного независимого работника с его орудиями и средствами труда, вытесняется капиталистической частной собственностью, которая покоится на эксплуатации формально свободной рабочей силы.