История Англии

Господство буржуазной идеологии и характер вкусов буржуазии сказывались и на состоянии английского театра. Чисто развлекательный жанр музыкальной драмы, господствовавший в непривилегированных театрах и не обогащавший театральное искусство какими-либо художественными открытиями, пользовался популярностью. Однако буржуа хотел видеть на сцене театра не только традиционные комические фигуры бурлеска, фарса и пантомимы, но и своих современников.

Ему не нужна была ни высокая трагедия, если только она не освящена именем Шекспира, ни социально острая современная драма. Зато он готов был рукоплескать драматургам и актерам, услаждавшим его спектаклями, в которых действовали буржуа и аристократы в реальной атмосфере современности или недавнего прошлого. Пусть в этих спектаклях бичуется или высмеивается какой-либо недостаток характера, пусть борются добро и зло — но только не как социально обусловленные категории, а как чисто индивидуальные особенности персонажей. Пусть на сцене плачут, смеются, ненавидят, прощают — но без слишком сильных чувств, в рамках, строго ограниченных семейным конфликтом. Жестокий отец, не желающий отдать дочь за любимого ею юношу, но в конце концов отступающий перед силой любви, светский франт, гоняющийся за приданым, энергичный разночинец, с трудом пробивающий себе дорогу в высшее общество,— таковы герои и конфликты, устраивающие буржуазного зрителя.

Не выходил за рамки этого бытового реализма и наиболее выдающийся актер и театральный деятель 30—40-х годов Уильям Макреди (1793—1873), который после ухода со сцены Э. Кина не имел соперников в английском театре. Позаимствовав у классицистской актерской школы великолепную культуру речи, стремясь всесторонне изучить характер персонажа и его эпоху, Макреди сумел освободиться от декламационного стиля, чопорности и показной монументальности, типичных для Кембла и других актеров этого направления. Учился он и у Кина, но могучий темперамент великого актера-романтика, бурные взрывы страстей, способные шокировать респектабельную публику, не нашли в Макреди продолжателя. Искусство Макреди, при всей его реалистичности, выражало не народную точку зрения, а этические идеалы «доброго» буржуа, который стремится к «добропорядочности» в делах и в семейных отношениях.